Уменьшить шрифт Сбросить шрифт Увеличить шрифт
RU EN
RU EN

ТРАНСПЛАНТОЛОГИЯ. ШАНС НА ВТОРУЮ ЖИЗНЬ (Профессорские встречи)

Современная медицина способна дать второй шанс на жизнь людям с крайне тяжелыми патологиями. Но когда эффективное, правильно подобранное лечение уже оказывается бессильным, выход тоже есть — замена органа, т. е. трансплантация. У нас это направление начало активно развиваться в 2008 году. Именно тогда в 9-й городской клинической больнице г. Минска была выполнена первая в Беларуси пересадка печени. Руководил операцией молодой хирург, заместитель главного врача по хирургической работе Олег Олегович Руммо, который и возглавил Республиканский научно-практический центр трансплантации органов и тканей, созданный на базе больницы. А в прошлом году его назначили директором учреждения, получившего статус Минского научно-практического центра хирургии, трансплантологии и гематологии.

Мы направились туда, чтобы побеседовать с директором Центра и узнать подробнее об отечественной трансплантологии. Забегая вперед, скажу: беседа получилась намного шире. Олег Олегович — специалист высочайшего уровня. Его природные склонности и талант, конечно, сыграли в этом важную роль, однако невероятные целеустремленность и сила духа поистине впечатляют. Он не боится трудностей и на своем примере показывает, что возможно многое. Главное — не просто верить в успех, а принимать меры для его достижения.

— Олег Олегович, знаю, что вы из семьи медиков. Скажите, повлияло ли это на выбор вашей профессии?

— Да, действительно, мой отец был хирургом, мама — педиатром. Они много работали и часто брали меня с собой, поэтому я связан с медициной еще с ранних лет, но не могу сказать, что она меня тогда сильно увлекала. Я был обычным, активным ребенком, который любил играть в футбол и волейбол, кататься на коньках и почти все свободное время проводил с друзьями во дворе. Не чужды мне были и детские шалости. Семья у нас достаточно либеральная, и строго меня не наказывали. Правда, учился я всегда хорошо, мне легко давались как гуманитарные, так и точные науки. В десятом классе, когда пришло время принимать решение, я понял, что нахожусь в растерянности. Родители хотели, чтобы сын пошел по их стопам, и тогда я решил поступать в медицинский институт, о чем потом ни разу не пожалел.

— Безусловно, это как раз тот случай, когда чуткий и ненавязчивый совет родителей помог выбрать подходящую профессию. А в какой момент вы решили стать именно хирургом?

— В мединституте учебные циклы у нас вели абсолютно разные по личностным и профессиональным качествам преподаватели. Среди них встречались очень достойные люди, и уважение к ним, вне зависимости от времени и обстоятельств, остается незыблемым. Таким человеком был доцент 2-й кафедры хирургических болезней, кандидат медицинских наук Владимир Васильевич Большов. На шестом курсе он преподавал у нас хирургию, и тогда мне хотелось быть похожим на него. То же могу сказать и о заведующем кафедрой, известном белорусском профессоре Николае Евстафьевиче Филлиповиче. Наблюдение за тем, как к ним относятся студенты, коллеги, пациенты, невольно пробуждало во мне повышенный интерес к хирургии, хотя я преуспевал в изучении практически всех дисциплин. Тем более хирургом был мой отец, и мне часто приходилось слышать слова благодарности в его адрес. В детстве, правда, не обращал на это особого внимания, но с возрастом пришло чувство огромной гордости за него. Уже к окончанию института я решил заниматься исключительно хирургией, и это была не мечта, а очевидный и неоспоримый план.

— Однако, как известно, в каждой истории успеха есть свои трудности и секреты... У вас были какие-то внутренние установки, помогающие в достижении цели?

— На протяжении всей жизни мы чему-то учимся, приобретаем новый опыт. Когда ребенок приходит в первый класс, то чувствует себя беспомощным, так как находится в самом начале социальной лестницы под названием «школа». Зато выпускник уверен в себе, потому что уже знает все тонкости и нюансы школьной системы. Это длится ровно до тех пор, пока он не попадает в новую структуру — колледж или университет, где он сталкивается с тем, о чем не имеет малейшего понятия. Так же было и со мной на первом курсе медицинского института. Вся моя самодостаточность просто растворилась перед осознанием того, какой долгий и сложный путь мне предстоит пройти, прежде чем я стану профессионалом. В этом социальном лифте я находился на первом этаже, а мне непременно хотелось подняться наверх, потому что не сомневался: там много интересного. Я продумывал этапы своего становления, постепенно повышая планку стремлений. Сначала хотелось стать хорошим практикующим хирургом, например, таким, как Евгений Абрамович Грубин, которому я ассистировал на операциях.

А овладев навыком самостоятельного проведения хирургических вмешательств, понял, что надо двигаться дальше, и теперь следовало равняться на Владимира Васильевича Большова и профессора Филлиповича. Первый — кандидат, второй доктор медицинских наук. Я понимал, что для достижения их уровня мне необходимо заняться научной деятельностью. Заведующий

хирургическим отделением 9-й городской клинической больницы города Минска, где я начинал работать хирургом, также вдохновлял своими собранностью и профессионализмом — он успешно совмещал проведение операций и решение всех организационных вопросов. Но главным ориентиром и целью было все же преодоление внутренних преград, я бросал вызовы самому себе и учился справляться с ними.

— Очевидно, освоение трансплантологии стало одним из них?

— Признаюсь честно, несмотря на то, что я хорошо учился в вузе, мое представление о трансплантологии, когда я начинал клиническую практику, было весьма поверхностным. Да, я знал, что у нас в стране делают пересадку почек и проводит эти операции профессор Николай Евсеевич Савченко. Но глобальным

изучением проблемы никто не занимался, хотя в мире трансплантация органов уже волновала великие умы. Для меня, молодого хирурга, все это казалось каким-то заоблачным и далеким. Позже, когда я узнал о программе по трансплантации костного мозга, позволяющей специалистам нашей больницы учиться в Германии и проводить затем успешные операции, меня заинтриговало это направление. Но тогда, в 1993 году, самостоятельно поехать в Германию для получения нужного опыта не было никакой возможности. Однако достижения гематологов вдохновляли, и мысль о том, что здесь мы тоже можем развивать трансплантологию, прочно засела у меня в голове. А для реализации этой идеи надо было двигаться дальше, повышать свой профессиональный уровень как практикующего хирурга, так и ученого. За советом в выборе научной темы я обратился к Владимиру Васильевичу Большову, который, в свою очередь, направил меня к профессору Валерию Васильевичу Кирковскому, руководителю лаборатории гемо- и лимфосорбции Белорусского государственного медицинского университета. У него был новаторский проект по лечению пациентов с перитонитом и кишечной непроходимостью путем поэтажного дренирования различных отделов и введения туда лекарственных препаратов. Я быстро увлекся этим проектом, защитил кандидатскую диссертацию, затем был назначен ассистентом второй кафедры хирургических болезней БГМУ. Совершенствуя практические навыки, работал над докторской диссертацией, и все же чувствовал, что чего-то не хватает…

 

Источник: vashezdorovie.com